Андреасу Христу довелось работать с четырьмя президентами Кипра – Христу был членом муниципального совета Лимассола, когда в 1988 году к власти пришел Джордж Василиу, третий президент Республики Кипр. С 1991 по 2003 гг. Христу являлся парламентским представителем партии АКЕЛ и членом национального совета Кипра, за это время прошел пятилетний срок Василиу, был избран и пробыл десять лет на посту лидера Кипра Глафкос Клиридис. В 2003 году следующий президент Кипра Тассос Пападопулос назначил Андреаса Христу министром внутренних дел. С Димитрисом Христофиасом, шестым президентом Кипра, Андреас Христу дружил более 40 лет, с момента их учебы в вузах СССР.

Н.К.: Андреас, вы работали со всеми четырьмя президентами, жизнь которых будет представлена в диссертации. Расскажите, пожалуйста, о том, какими они были людьми.

А.Х.: Джордж Василиу – друг нашей семьи. Его родители моих родителей познакомили друг с другом. Родители Джорджа, оба коммунисты, были врачами и отдали себя борьбе за новое справедливое общество. Его отец не только принимал участие во Второй мировой войне, но и служил, как врач, во время гражданской войны в Греции на стороне партизан.

Мой отец познакомился с отцом Джорджа во время службы в армии. Они стали очень близкими друзьями. Позже семья Василиу переехала в Лимассол, а мой отец тогда жил в Пафосе. Моя мама здесь, в Лимассоле, была очень активным деятелем женского движения. И отец Джорджа понял, что у моего отца и моей мамы очень много общего друг с другом. Тогда он решил организовать им встречу, которая изменила их жизнь. Наши родители так всю жизнь и дружили семьями.

Джордж Василиу – коммунист, социал-демократ и очень умный человек. У него быстрая реакция по всем вопросам. Я его не могу назвать политиком, он, прежде всего, экономист. Джордж – человек с бизнес мышлением, который умеет быстро принимать решения и реагировать на ситуации. Он порядочный человек. У него есть способность мобилизовать всех, кто ему нужен для достижения цели. Он так быстро принимал решения и воплощал их в жизнь, как никакой другой президент. Такой подход очень напоминает то, как действуют руководители бизнеса, это было в новинку на политической арене Кипра.

Василиу мобилизовал всех, кто ему был нужен, несмотря на их политические взгляды. Я не забуду, как быстро он внедрил в экономику способ налогообложения VAT, инновационный для Кипре. И как он убедил и нашу партию, которая была принципиально против, особенно генеральный секретарь партии Папаиоанну. Но Василиу нашел к нему подход.

Также меня удивило, как он смог быстро создать Кипрский университет. Подобных вещей было еще очень много. Одно только то, как он демилитаризовал «Зеленую линию» чего стоит…

Служащие Кипрского полка, 1943 год. Васос Василиу в центре, отец Андреаса Христу, Кириакос Христу – во втором ряду справа.

Н.К.: А что было до этого?

А.Х.: До этого везде стояли военные посты на расстоянии 30-50 метров. Я служил в этом районе и очень хорошо знаю, что там происходило.

Василиу собрал Национальный совет и пригласил генерала, который объяснил членам совета, что нам это все не нужно. Мы можем получать всю информацию, следить за турко-кипрскими военными и видеть все, что происходит там, с расстояния одного-двух километров, используя современные электронные средства.

Вы знаете, что до этих изменений, в том районе были даже смертельные случаи, когда стреляли друг в друга? Иногда это были случайные инциденты, а иногда и намеренные убийства. Молодые ребята с обеих сторон умирали.

Я был рядом с Джорджем Василиу и во время его предвыборной кампании, и в период его президенства. Я был тогда лидером парламенсткой фракции АКЕЛ, по рангу занимал вторую позицию после генерального секретаря партии Димитриса Христофиаса.

Мы очень близко работали с Василиу по вопросам, касающихся общественных интересов. Я такде принимал участие в Национальном совете, где каждый президент страны выполняет роль председателя.

Как сказал Денкташ о Василиу: «Я боюсь этого человека, потому что он может продать холодильники эскимосам». И это недалеко от истины: Василиу – человек-маркетинг.

Но иногда он больше чем нужно доверял своим способностям. Причиной того, что он проиграл на вторых президентских выборах, была его уверенность в победе. Ведь в первом раунде он тогда набрал 46% голосов. Он был убежден, что во втором раунде все будет гораздо легче.

Н.К.: То есть, он не сомневался в победе и расслабился?

А.Х.: Совершенно верно. Мы ему предложили пригласить на Кипр 2000 студентов, которые учатся за границей, чтобы они проголосовали. Но он сказал, что они не нужны. Мы и так побеждаем.

Однако вторая сторона решила объединиться, мобилизовать все силы.

Н.К.: Почему они объединились? Я слышала разные версии этого.

А.Х.: На Кипре есть так называемая политическая элита, корни которой уходят в борьбу организации ЭОКА в 1955-58 годах. Правые силы, из разных течений и семей, но все в той или иной мере правые. И Клиридис, и Киприану, и Лиссаридис в то время.

Н.К.: Хотя он социалист…

А.Х.: Хотя Вассос Лиссаридис был социалистом, но его политическая деятельность началась из борьюы ЭОКА. Эти люди не могли допустить, чтобы какой-то новичок в политике, при поддержке левой партии, второй раз стал президентом.

Н.К.: Но почему? Ведь первый срок Василиу был успешным.

А.Х.: Очень успешным. Не случайно, что несмотря на позиции разных партий, он получил в первом раунде 46%. Это невиданный результат, который отражает его популярность и показывает, что люди поверили ему. Василиу продвинул очень быстро и решительно кипрский вопрос. Он убедил международные организации. Он вел себя как современный лидер. После Киприану, который не был лидером, было очень заметно, Василиу им был. Причем, он был лидером всего народа, а не какой-то его части или партии.

На первомайской демонстрации в Киеве. 1968 год. Когда киприоты приезжали в СССР, первый год отводился на изучение русского языка. Андреас Христу был распределен в Киев, где за год выучил русский язык до такого уровня, чтобы иметь возможность учиться на первом курсе Московского автодорожного института (МАДИ).

Н.К.: Давайте теперь поговорим о следующем президенте, о Глафкосе Клиридисе.

А.Х.: Клиридис – человек из политической семьи и среды. Его отец Иоаннис Клиридис – один из политиков-реалистов Кипра, был кандидатом от АКЕЛ на президентских выборах 1959 года, выставил свою кандидатуру против архиепископа Макариоса.

Н.К.: А почему вашей партии нужно было кого-то выставлять против Макариоса?

А.Х.: Потому что Макариос тогда был другой. Макариос – националист. Он пригласил сюда генерала Гриваса. Он не хотел с коммунистами сотрудничать. У нас с ним был ряд серьезных разногласий. А с Клиридисом мы сотрудничали и раньше. Он был избран мэром Никосии при нашей поддержке. Он возглавлял широкий народный освободительный фронт, который создавали мы. В этом движении принимали участие многие умеренные политики и центристов, и правых, которые не были согласны с политикой Макариоса по созданию военного движения ЭОКА.

Отец Клиридиса был лево-центристом, и Глафкос имел прогрессивный взгляд на мир. Например, когда он учился в Англии он записался в интернациональные бригады в Испании, чтобы воевать на стороне испанских коммунистов Гражданской войны в Испании (1936-1939). Он не успел, там установилась диктатура Франко.

Возвращаясь, к характеру Клиридиса. Он иногда вел себя невнимательно, опрометчиво. Поэтому, хотя я его очень уважаю как политика и как человека, он в какой-то момент оказался практически изолированным от политической жизни.

Вот как это случилось. Тогда он был президентом парламента и участвовал в переговорах еще до вторжения. И вдруг Клиридис предоставил Денкташу полный текст наших контрпредложений. А тот их обнародовал. Макариос очень рассердился и сказал, что он не давал указаний передавать эти предложения противной стороне. Это же были вспомогательные материалы для переговоров, своего рода инструкции о том, как себя вести, какая у нас позиция, где наши границы. И Клиридис был вынужден уйти, большой получился скандал.

Хотя нужно отметить, что он трезво смотрел на дело и честно. Никто его не может обвинить в непорядочности: как в работе, так и в частной жизни.

Глафкосу Клиридису в голову иногда приходили экстремальные идеи. Например, однажды он сказал, что мы должны превратить Кипр в активный вулкан и только тогда мы сможем привлечь к себе международное внимание. Или, например, сказал, что Греция и Кипр имеют общие границы и зоны влиятния и совместно должны их защищать. АКЕЛ полностью были против такого подхода.
Клиридису было характерна некоторое непостоянство. Он мог сегодня сказать «нет», а завтра сказать «да». Между ними не было последовательности.

Во время своего президентства, когда его правительство принимало участие в выборах на второй срок, его поддерживал Василиу и Клиридис был более последователен и логичен. В паре с Василиу они были сильны.

В любом случае, могу сказать, что у меня с Клиридисом сформировалась какая-то связь на человеческом уровне. Он меня оценил как серьезного человека. Когда он хотел что-то передать нашей партии, он передавал эти непубличные сообщения через меня.

Когда я стал министром внутренних дел, он приходил ко мне по некоторым вопросам, мы долго говорили. Позже, когда его лечили после травмы бедра в больнице в деревне Палодья под Лимассолом, уже я приходил к нему в гости, проведать, и мы обсуждали разные темы.
Но несмотря на все, что я сказал, если прочитать книги Клиридиса, можно увидеть, что это человек, который стремился решить кипрский вопрос. У него были очень хорошие личные отношения с турко-кипрскими политиками и лично с Денкташем. И он смотрел довольно реалистично на все вопросы. Он был сильным человеком. Возможно, как политик – он принадлежит к старой когорте политиков. Он не Христофиас, не Василиу, не Пападопулос. Он ближе к политикам 1950-х годов.

Заседание Национального совета во главе с президентом страны Глафкосом Клиридисом. Справа налево: Глафкос Клиридис (президент Кипра с 1993 по 2003 годы), Димитрис Христофиас (председатель партии АКЕЛ), Андреас Христу (член политбюро партии), Тассос Пападопулос (председатель партии ДИКО) и другие…

Н.К.: А чем эти политики отличались от современных?

А.Х.: Мне кажется, что они анализировали более тщательно ситуацию и принимали во внимание все аспекты, а также международную обстановку. Они глубже изучали проблему и разумнее принимали свои решения. Они знали, что Кипр – маленькая страна и мы не можем ожидать большого интереса со стороны других стран, особенно со стороны центров международной политики. Они знали, что мы должны все время создавать благоприятные условия для нашей страны, балансировать между интересами крупных мировых политических игроков, иначе мы не выживем.

Современные политики очень большую ставку делают на PR, на медиа. Это хорошо для личного бренда, но это не дает результата в продвижении серьезных дел и решении важных вопросов. Важные дела требуют тишины, размышлений, переговоров, сближения позиций.

В этом отношении я могу сравнить Глафкоса Клиридиса с Эзекиосом Папаиоанну, с другими политиками тех времен. Осторожность, вдумчивость, анализ всех факторов, которые могут повлиять на какой-то вопрос, сегодня, к сожалению, не являются способом формирования политики на Кипре. Да и во всем мире.

Н.К.: Возможно, это связано с тем, что скорость принятия решений очень увеличилась. Как думаете?

А.Х.: Думаю что, как и во многих профессиях, люди теперь стали более поверхностными. Обращают внимание на цвета картины, а не на ее содержание и смысл. На то, что глубже, не видно при поверхностном взгляде, теперь не особо обращают внимание.

Н.К.: Хорошо, и Василиу, и Клиридис были заинтересованы в решении кипрской проблемы. Но почему же она так и не была решена?

А.Х.: Первые пять лет своего президентства Клиридис ничего не делал для решения этого вопроса. Это был период «активного вулкана». Тогда он был под влиянием Спироса Киприану, которого вместе с его партией привлек на свою сторону в 1993 году, чтобы выиграть выборы. В то время он говорил, что Василиу всё делал неправильно, и что он, Клиридис, собирается всё пересматривать. Хотя – при этом – в личных беседах он убеждал Василиу, что готов идти с ним вперед на второй срок. А за шесть месяцев до выборов Клиридис решил, что тоже хочет стать президентом, и начал находить союзников среди врагов Василиу.

Н.К.: Этот поступок еще раз подтверждает непоследовательность Клиридиса.

А.Х.: Нельзя относиться к нему без должного уважения. Возможно, я говорю это под влиянием своих с ним личных отношений. Но он человек, который оставил свой след в политической жизни Кипра. Особенно, тем, что он делал в течение своего второго срока президентства.

Н.К.: Переходим к Тассосу Пападопулосу?

А.Х.: С Тассосом Пападопулосом мы поближе познакомились, когда мы оба были избраны членами парламента в 1991 году. В то же время я был лидером фракции АКЕЛ. Тассос тогда вернулся в парламент после 15-летнего перерыва в качестве парламентского лидера его партии. Остроумный человек, очень хороший юрист с большим опытом в государственном управлении, с отличными связями. В результате брака с Фотини Левентис Тассос вошел в среду богатой кипрской аристократии.

Н.К.: А он сам не был богатым человеком?

А.Х.: Он был небедным, заработал определенный капитал благодаря своей профессиональной деятельности. Но по рождению Тассос принадлежал к среднему классу – его отец был учителем.
Жена Тассоса – Фотини – дочь крупного бизнесмена Левентиса. И он вдруг оказался в аристократическом кругу общества. Надо признать, что этот переход на него мало повлиял. Тассос остался простым человеком, с достоинством общался с новыми друзьями, ведь и у него был свой статус. Он работал министром в первом кабинете Макариоса, это о многом говорило. Он был известным политиком с хорошей репутацией.

Я могу сказать, что с 1991 года и до его избрания президентом на протяжении 13 лет у нас были очень тесное, плодотворное и честное сотрудничество в парламенте.

Н.К.: Что вы вкладываете в слово «честное»?

А.Х.: Если Тассос сказал, что будет так, значит он сделает именно так. Он всегда держал свое слово и никогда не хитрил.

Это одна из причин нашего долгого сотрудничества. Кроме того, я ценил и его подход ко многим, особенно, социальным вопросам. Он серьезно относился к рабочему движению и профсоюзам, и очень уважал людей труда. И мы, как АКЕЛ, видели в нем лидера, который мог выиграть на выборах против Клиридиса, потому что он мог привлечь людей с разных сторон по разным причинам. Тассос был многогранным человеком. Кто-то его уважал, потому что он был крупным юристом, кто-то за его позицию и деятельность в вопросе защиты людей труда, кто-то – потому что он принимал участие в борьбе ЭОКА…

Мы поддержали его на выборах и он выиграл в первом туре. Однако мы плохо оценили его подход к кипрскому вопросу, недостаточно внимания этому уделили. Он был очень сложный переговорщик. Он думал, что мы можем получить больше, чем нам могли дать. И, в конце концов, в критический момент, когда у нас уже был план Аннана, разработанный и согласованный с турко-кипрской стороной Клиридисом и Василиу, Тассос заявил о том, что хочет внести в него кардинальные изменения. При этом он призывал людей голосовать против реализации этого плана. В то время в нашей партии произошел раскол. Я был во главе группы тех, кто голосовал «за» этот план. Противоположный лагерь возглавлял Димитрис Христофиас, который поддался влиянию Тассоса.

Но надо сказать, что быть министром при Тассосе Пападопулосе, означало – работать на супербыстрых скоростях, удовлетворяя высочайшим требованиям продуктивности.
Интересно, что он писал министрам письма. Давал указания письменно. Такой у него был профессиональный подход. Он заставлял министров быть внимательными и серьезными.
Если он видел, что у какого-то министра есть способность довести начатое дело до желаемого результата, он предоставлял всеобъемлющую поддержку. Но, если он видел, что кто-то из министров не соответствует требованиям и не справляется, всегда находился способ вывести этого человека из Совета министров.

Тассос был очень требовательным и к себе, и к другим. Он работал очень много часов, как и Василиу. Василиу никогда не позволял себе сиесту. Он перекусывал фруктами и продолжал работать.

Тассос также как и Василиу не позволял себе отдыхать несколько часов в середине дня. На обед у него обычно был бутерброд с помидором, стаканчик виски. Быстрый перекус, и снова за работу.
Эти люди Василиу и Пападопулос – работали, не жалея себя, и заставляли всех рядом работать так же. Тассос, например, вынуждал министров летать в командировки вечерними рейсами, чтобы с самого утра уже приступать к работе. Он говорил: «Министры – это не туристы». Мало того, никаких помощников они с собой не имели право брать в поездки. Министр летел один.

Тассос очень часто был упрямым. Если в его голове формировалось мнение о ситуации или человеке, трудно было заставить его передумать. Немного он был догматиком своего образа. Он верил, что его возможности и способности почти безграничны, и он способен изменить даже объективные данные.
Это человек, который был очень хорошим политиком с одной стороны. Но с другой стороны у него была способность настойчиво доказывать свое мнение, даже если оно было неправильным. Собственно, как и любой хороший юрист, он мог убедить оппонента, хорошо подготовиться и привести неопровержимые аргументы в свою пользу.

Н.К.: Почему в конце его президентского срока партия решила идти другим путем, выставить своего кандидата?

А.Х.: В нашей партии большая группа руководителей была против политики Пападопулоса по кипрскому вопросу. Они сказали Димитрису Христофиасу, что если партия идет на второй срок вместе с Тассосом, они выходят из партии. Я говорю об этом, чтобы рассказать о реальной ситуации. Когда три четверти нашей партии проголосовали против плана Аннана, начался пересмотр нашей позиции. Было принято решение продвигать Христофиаса как кандидата в президенты, а это значит, что мы уже не могли голосовать за Тассоса.

Христофиас объединил всех. Хотя он играл большую роль в принятии решения о голосовании против плана Аннана.

Н.К.: Но он потом пересмотрел свои взгляды?

А.Х.: Да, но неофициально. Как президент он делал очень много, потому что на другой стороне оказался Мехмет Талат.

Н.К.: Почему они не успели решить проблему? Практически друзья. Схожие взгляды на жизнь, на общество, на политику.

А.Х.: Все уже было на бумаге. Христофиас попросил поддержки у Анастасиадиса, как лидера второй крупнейшей партии страны, который на словах очень хорошо отзывался о том, что делал Христофиас в плане решения кипрской проблемы. Но Анастасиадис ему отказал в официальной поддержке. А Христофиас, видимо, побоялся сам принять такое решение.

И, хотя, все документы по плану считались официальными, они не были подписаны. К сожалению, еще раз случилось то, что метко описал журнал The Economist «киприоты не упускают шанса упустить шанс».

Н.К.: Димитриса Христофиаса вы, наверное, знали лучше, чем предыдущих президентов?

А.Х.: Мы работали вместе в молодежном движении с 1974 года, после его возращения из СССР. Мы были очень близкими соратниками. Он меня убедил уволиться с моей работы и присоединиться на профессиональной основе к деятельности партии.

Христофиас был способным человеком. Умел вдохновлять людей, которые были вокруг него. Он был привлекательным и обаятельным человеком, мог, выступая с трибуны, увлечь за собой массы.

У Димитриса не было опыта в государственном управлении и некоторые ошибки, которые он допускал, были связаны именно с отсутствием такого опыта. Но он был однозначно честным человеком.

Он неправильно поступил после взрыва в Мари.

Н.К.: Сам или ему дали плохие советы?

А.Х.: Его советники плохо ориентировались в вопросе. Он был в шоке, когда случился этот инцидент. Надо было арестовать группу людей, которые были связаны с этим делом. Показать свою власть и решительность. Ответить на все вопросы, которые поднимались. Но он этого не сделал и образовался информационный вакуум, который заполнил Анастасиадис.

Рано или поздно, мне кажется, информация будет собрана, и мы узнаем, что это был саботаж. Причем саботаж крайних националистов.

Ну и потом экономический кризис, который был создан и был результатом безобразного ведения деятельности банками и банкирами. Все страны Европы оказались в трудном положении после финансового кризиса. Зато Кипр по оценкам ЕС имел все позитивные показатели общественной экономики. Наши банки вели себя так, как нигде в мире – слишком рисковали, разбрасывались деньгами, жили на широкую ногу.

Н.К.: При этом всё повернули так, что в памяти людей отложилась мысль о том, что правительство Христофиаса разрушило экономику Кипра.

А.Х.: Вы правы.

А кто ввел страну в такую ситуацию? Банки, которые давали кредиты налево и направо. Но эту информацию не могли открыто рассказать людям.

Н.К.: Почему?

А.Х.: Не знаю.

Да, я в те годы был членом партии, но не занимал руководящих позиций. После того, как я был избран мэром Лимассола в 2006 году, я открыто сказал, что хочу сосредоточиться на этой деятельности и не могу руководить в партии. Поэтому я не принимал участие в обсуждениях критических вопросов и не владею достаточной информацией о причинах тех или иных действий власти.

Мне больно было смотреть на то, как пытаются через информацию манипулировать людьми, вместо того, что правильно подать ее, чтобы люди поняли, что происходит.

Димитрис умер. Я верю, что большинство людей его любит и уважает. Но он ушел из жизни с этой тяжестью. Думаю, это была одна из причин быстрого обострения его болезни.

Н.К.: Я разговаривала со многими людьми из разных партий. Все признают, что он был одним из лучших лидеров парламента. Он находил компромиссы между партиями, всегда находил решение, которое устраивало всех. И при этом все, кроме его близких друзей, говорят, что он был худшим президентом Кипра в истории. Как вы думаете, почему в головах людей сформировалась такая картина – лучший глава парламента и худший президент?

А.Х.: Потому что, во-первых, влияние СМИ очень сильное и 95% информации подавалось против Христофиаса. И люди сейчас постепенно понимают, что роль банков и банкиров в кризисе была решающей.

Мы собирали иностранный капитал, но банки давали займы и израсходовали деньги, которые им не принадлежали. Мне кажется, что люди плохо оценивают факты. Плохо знают, плохо им преподнесли. И так создали эту картину.

Возможно, Димитрису просто не повезло оказаться президентом во время всемирного экономического кризиса. Разве в других европейских странах в те дни президентом тоже был Христофиас? Нет. Но они оказались в таком же сложном положении, как и мы. А иногда даже в более трудном, чем наша страна.

Биографическая справка

Андреас Христу изучал инженерное дело в Москве, был активным членом Движения кипрских студентов и молодежных организаций. Сначала работал инженером-механиком, а позднее одним из руководителей промышленного предприятия в Лимасоле.

На первых муниципальных выборах в Республике Кипр, состоявшихся в 1986 году, Андреас Христу был избран в состав муниципального совета Лимассола. В тот же период он входил в Совет по вопросам канализационных сетей Лимассола и Аматуса и в Совет по вопросам водоснабжения Лимассола.

Андреас Христу трижды избирался в парламент. В течение продолжительного времени являлся председателем парламентского комитета по вопросам институтов и ценностей, председателем подкомитета по делам временного персонала и членом комитета по иностранным и европейским делам. С 1991 по 2003 гг. он являлся парламентским представителемпартии АКЕЛ и членом национального совета Кипра. В 2003 году был назначен министром внутренних дел и оставался на этом посту до сентября 2006 года. В декабре 2006 года Андреас Христу был избран мэром Лимассола.