Фото freepik.com
Несколько лет назад Кипр, Португалия, Италия, Испания и особенно Греция считались проблемными странами ЕС. Однако с тех пор многое изменилось. При стагнирующей экономике Северной Европы южные страны показывают рост. В чем секрет этой разницы?
Выступая на недавнем Всемирном экономическом форуме в Давосе в Швейцарии, премьер-министр Испании Педро Санчес подчеркнул этот сдвиг, заявив: «Мы на юге также можем внести свой вклад в решение общих проблем». Политик отметил роль страны в энергетическом кризисе и потенциал Испании по расширению производства и экспорта чистой энергии.
Несмотря на относительную экономическую устойчивость Южной Европы, общая ситуация в еврозоне остается стагнирующей. По данным Статистической службы ЕС, ВВП еврозоны остался неизменным в последнем квартале 2024 года после скромного роста в 0,4% в предыдущем квартале.
Многие экономисты связывают эту стагнацию со слабостью Германии, крупнейшей экономики ЕС. В 2024 году ВВП Германии сократился на 0,2%, что является тревожной тенденцией для всей европейской экономики. На долю Германии и Франции приходится более 50% ВВП еврозоны.
Кроме того, промышленные гиганты, такие как Австрия, Словения, Словакия и Нидерланды, а также страны ЕС, не входящие в еврозону, такие как Чехия, по-прежнему сильно зависят от промышленности Германии и также страдают от замедления ее экономики.
По словам Ханса-Вернера Зинна, бывшего руководителя немецкого Института экономических исследований, этот сдвиг обусловлен как внешними факторами, так и ключевыми политическими решениями. Он утверждает, что Германия значительно пострадала от энергетического кризиса и сокращения запасов энергоносителей. В Германии самые высокие в мире цены на электроэнергию, что серьезно влияет на ключевые секторы, такие как химическая промышленность и автомобилестроение.
Министр экономики Германии Роберт Хабек, выступая на Всемирном экономическом форуме в Давосе, признал, что страна сталкивается со структурным кризисом, а не с краткосрочным замедлением, подчеркнув необходимость пересмотреть экономическую модель.
Габриэль Фельбермайер, директор Австрийского института экономических исследований, отмечает, что экономика Южной Европы меньше зависит от энергоемких отраслей и основывается на туризме и сельском хозяйстве. В результате высокие цены на энергоносители и торговые войны оказали меньшее влияние на экономику юга по сравнению с экономикой севера. Также эксперт отмечает, что экономический баланс цикличен – иногда его возглавляет промышленный север, а иногда – юг, ориентированный на сферу услуг.
Южная Европа также выигрывает от более низких темпов инфляции с 2010 года, что повысило конкурентоспособность бизнеса. Структурные реформы, проведенные во время еврокризиса, окупились для Кипра, Греции, Испании и Португалии, позволив им восстановиться быстрее, чем ожидалось.
В 2025 Европейская комиссия ожидает в еврозоне скромного экономического роста в 1,3%, при этом ЕЦБ будет постепенно снижать процентные ставки. В то же время рост ВВП Кипра в 2024 году составил 3,7%, а соотношение долга к ВВП сократилось до 74%.
Текст подготовлен по материалам FastForward
Читайте также:
Почему государство полагается на еврооблигации?
Уровень зарплат в ЕС и на Кипре: данные за 2024 год
